Понедельник, 21.10.2019, 08:00
Приветствую Вас Гость | RSS

Сайт Владимира Вейхмана

Мини-чат
!
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Меню сайта

Поэты той поры (продолжение 3)

Николай Новоселов

 В аннотации к перовой – и единственной книжке стихов, изданной в 1967 году, о поэте Николае Новоселове сказано: «Молодой конструктор, член комитета комсомола Кировского завода, он в самом начале войны вступил добровольцем в ряды Кировской дивизии народного ополчения – первой ополченческой дивизии, сформированной в Ленинграде…». 1-й стрелковый полк был набран из рабочих и служащих Кировского завода. уже в августе 1941 года в "Комсомольской правде» было напечатано первое фронтовое стихотворение Николая.

Оно так и озаглавлено: «4 июля 1941 года». 

Обмотки крутим неловко,
 И – наяву или в сказке? –
 Нам выдают винтовки,
 Лоснящиеся от смазки.
  
Шинельные скатки наденем.
 В атаку –
 С песней в груди!
 И через три недели
Умрем или победим!

 двадцатилетнему бойцу  Новоселову не дано было знать, что в его дивизии некомплект винтовок, «лоснящихся от смазки», по состоянию на 9 июля 1941 года оценивался в 1000 штук. Пулеметов «Максим» с оптическим прицелом полагалось180, на самом деле ни одного не получено. Комплект зенитных пулеметов – положено 18 шт., однако ни одного не получено. Минометы 82-мм – получено 8 шт. вместо 54, при этом 2 миномета оказались без прицела. Нет противотанковых гранат. по наганам потребность 1633, получено же 600. Пистолетов-пулеметов положено 1100, не получено ни одного.

10 июля дивизия выехала из Ленинграда, 11 июля начала выгрузку и приступила к обоснованию на <="">Лужском оборонительном рубеже. В момент разгрузки попала под массированный авианалёт и понесла первые потери. 1-й стрелковый полк, совершив тяжелый пеший переход, занял позиции вдоль шоссейной дороги. К 13 июля  дивизия полностью прибыла на Лужский рубеж и заняла оборону в его восточном секторе. В бои вступила 26 июля.

Стихотворение Николая Новоселова «На Лужских рубежах»:

 Мы навсегда забыли о прохладе.
 Гремит артиллерийская гроза.
 Горят леса.
 И молят о пощаде
 Ромашек воспаленные глаза.
  
С 10 августа в полосе действия дивизии развязались ожесточённые бои. 13 августа позиции дивизии были прорваны, дивизия начинает отход, практически попадает в окружение.
 

Стихотворение называется «Из окружения»:

 

Куст осины осенней –

Как мины нечаянный взрыв.

На заре,

В воскресенье

Уходим в прорыв.

Сосчитали патроны.

Покурить прилегли.

Кленов рдяные кроны

Березы вдали

Небо – сказочной сини.

До дна его

Взглядом

Вобрать

На осенней осине –

Поседевшая прядь.

 

В тяжелейших боях дивизия потеряла три четверти своего состава. Остатки 1-го и 2-го стрелковых полков, те, что ещё в середине августа 1941 года были отрезаны от основных сил, к 2 сентября 1941 года вышли из окружения, были наскоро пополнены и переформированы.

Из стихотворения «В сентябре сорок первого»:

 

Далеко-далече наши встречи.

С каждым шагом непроглядней мгла.

И России совестью

На плечи

Мне шинель солдатская легла.

 

Как в бреду бреду я под луною,

У судьбы пощады не прося.

Вся земля лежит передо мною –

Вся в пожарах

И в могилах вся.

 

«Не сдадим врагу ее ни пяди»

Отдаем.

Сдаем за пядью пядь.

Мы уже почти что в Ленинграде.

Некуда гам больше отступать.

 

Проза войны, даже с ее мельчайшими деталями, отразилась в стихах Николая новоселова, как и в стихах других поэтов фронтового поколения. Со строчками Михаила Кульчицкого «Война – совсем не фейерверк, а просто трудная работа» словно перекликается стихотворение Николая «На пути к победе»:

 

 «Пот - не кровь,
 Не жалейте пота! –
 Проповедовал старшина.-
 Такая у нас работа:
 Война».
 
Гимнастерки мокры от глины.
 Мы копаем траншеи опять.
 Нам до Гитлера, до Берлина
 Очень нужно их докопать.
 
Капитана лицо рябое...
 Не дойдет до Берлина он.
 На рассвете в разведку боем
 Поднимется батальон  

В марте 1947 года Николай Новоселов, как и другие поэты – фронтовики,  участвует во Всесоюзном совещании молодых советских писателей. Удивительно, что строчки Новоселова чуть ли не слово в слово совпадают со строками его товарищей по перу и по винтовке.

У Михаила Дудина в «Соловьях»:  

Вот тут и появился соловей,
 Несмело и томительно защелкал.
  
Потом сильней, входя в горячий пыл,
 \Как будто сразу вырвавшись из плена,
 Как будто сразу обо всем забыл,
 Высвистывая тонкие колена.

 А у Николая  Новоселова в стихотворении «Ночной поиск»:

 Но вдруг
 С небес
 Звенящим серебром
 Рассыпался
 и засвистал,
 защелкал
 Над мертвой тишиною соловей
 И захлебнулся на высокой ноте.

 У Семена  Гудзенко:

         Снег минами изрыт вокруг
         и почернел от пыли минной.
         Разрыв.
         И умирает друг.
         И, значит, смерть проходит мимо.

 А у Николая Новоселова:

 А смерть грохочет рядом,

 Разрыв и мгла.
 И в падающей мгле
 Мой друг хрипит,
 Растерзанный снарядом
 На вспаханной снарядами земле.

 Творческое объединение «Нарвская застава», а затем литобъединение Кировского завода, которыми в 50-60-е годы руководил Николай Дмитриевич, были известны в городе тем, что в них группировалась по преимуществу молодые – а иногда и вовсе немолодые – люди, работающие на производстве. их даже называли «рабочими-поэтами». это было не вполне справедливо, так как среди них были и студенты, и инженеры, и служащие, но Новоселов не без основания считал, что с этим «титулом» легче пробить публикацию. это было даже и обидно, так как подобное «звание» как бы свидетельствовало о любительщине, непрофессионализме его носителей. 

 
 
 
Николай Новоселов (в центре) ведет занятие литературного объединения «Нарвская застава», 1956 г. Поэт Семен Суркис читает басню, за его спиной, в морской форме − Владимир Вейхман
 
Но, тем не менее, занятия в объединении открывали – пусть немногим – путь а литературу. Вдумчиво и терпеливо Николай Дмитриевич учил основам литературного мастерства, поддерживал прорезывающиеся голоса сотоварищей, помогал каждому найти свою тему. В «Нарвской заставе» вырос как профессиональный литератор Сергей Давыдов, известный своими стихотворениями о любви, о своем родном городе, о войне, на которой он еще мальчишкой вошел в состав пулеметного расчета:
 
 В пятнадцать лет,
 В шестнадцать лет
 На долю пало мне
 Не из рассказов и газет
 Услышать о войне

 валентин Горшков пришел к Новоселову девятиклассником. Его  поэтический талант расцветал прямо на глазах:

 Братишка не катал меня на санках,
 Сестренка нос не утирала мне.
 В моей лихой мальчишеской осанке
 Видна самостоятельность вполне.

 Николай Малышев стал известен как автор текстов популярных песен:

 Отзовись, отзовись хоть письмом
 Хоть звонком
 Где же ты, мой родной
 Человек с рюкзаком?
 Белым снегом замело, запуржило, замело
 Не дотянутся сюда провода.

 Но не все было благополучно в творчестве самого Николая Новоселова. Он, призывавший бороться против поэтических штампов, опубликовал, например, в ленинградском «Дне поэзии» строки, которые в стихотворении любого из своих учеников иначе как «трескучей риторикой» назвать бы не мог:

 А жизнь отчаянно трудна,
 А жизнь великих дел полна,
 Она
 на полный ход,
 На третью скорость включена,
 Летит вперед. 
Всю жизнь гореть и не сгорать,
 А смерть придет – 
 Не умирать,
 В грядущее шагать!

 Все слова вроде бы правильные, но до чего же они неаппетитные!

Самым известным из поэтов, участвовавших в руководимых Николаем Дмитриевичем литобъединениях, был Николай Рубцов.. Но он пришел если еще не мастером, но уже опытным и амбициозным подмастерьем, звание «поэта-рабочего» его не только не украшало, но, скорее, раздражало, и очень скоро он почувствовал, что рамки кружковщины ему тесны. Публикация стихотворений Рубцова в собранном Новоселовым коллективном сборнике поэтов Кировского завода «Первая плавка», подверстанном под встречу очередного съезда КПСС, не только не вызвала у ершистого поэта радостного чувства, но, напротив, так обозлила, что он даже вырвал из авторского экземпляра страницу со своей фотографией и биографической справкой.

Как ни странно, Новоселов, постоянно публиковавшийся и много лет руководивший литературными объединениями, не был членом Союза писателей. Его приняли в Союз только тогда, когда он написал маленькую книжечку рассказов названием «Домик в Выборге», посвященную кратковременному пребыванию Ленина в этом городе в 1917 году. Ленинская тема – это же был козырный туз!

Почти через два десятка лет после ухода из жизни Николая Дмитриевича эта его конъюнктурная книжица, адресованная «детям младшего и среднего школьного возраста», была повторно выпущена в издательстве «Художник РСФСР». Видимо, на этом издании решил подзаработать художник Николай Лямин, специализировавшийся на иллюстрациях к книгам о Ленине, в основном для детей. На своих картинках  он изображал умильного Ильича, окруженного умиленными детишками. Верняк!

Но все-таки Николай Новоселов, обожженный войной на Лужских рубежах, хоть и сделал  реверанс в сторону вождя пролетарской революции, но остался верным главной теме, отпущенной ему суровой судьбой, вплоть  до стихотворения «Могила бойца», открывающего его книжку «Тетрадь из полевой сумки»:

 Из жести венка запыленной
 Сквозь треснувший холод стекла
 Парнишка глядит удивленно,
 Не веря, что юность прошла, 
 
Что мы поседеем в походах,
 А он, пережив свою смерть,
 Всё будет навстречу восходу
 Из траурной рамки
 Сквозь годы
 Вот так, не старея, смотреть.

К продолжению

 

Меню сайта